Желание приобретать все больше вещей постепенно начинает терять свою популярность как способ получить быстрый дофамин.
Вместо привычной культуры накопления появляется стремление получать яркие эмоции без ненужных расходов и загромождения пространства. Об этом сообщила РИАМО клинический психотерапевт, кризисный и семейный психолог Лилия Гладких.
Ранее сама покупка воспринималась как радость и возможность улучшить качество жизни. Однако со временем многие начали замечать противоположный эффект: вскоре после кратковременного счастья наступало разочарование из-за потраченных средств и осознание того, что приобретенная вещь не так уж и необходима.
Время материализма прошло. Потребление и обладание множеством вещей уже не приносят радости. Напротив, когда человек ждет покупку, а затем совершает ее, уровень дофамина уже снижен. А если он осознает, что новая вещь не используется или не нужна, это вызывает разочарование и сожаление о потраченном, заметила Гладких.
Все больше людей ищут способы насладиться приятными ощущениями без реальных покупок. Людям важно ощущать возможность выбора, чувствовать себя уникальными или успешными, но при этом избежать финансовых последствий. Ранее The Korea Times сообщило, что молодое поколение активно пользуется «платформами для дофамина», которые позволяют быстро испытать положительные эмоции. Эти ресурсы предлагают фальшивые доставки — можно заполнить корзину, оформить заказ, но доставка не произойдет, а средства не будут списаны.
Помимо этого, все больше людей обращаются к практикам минимализма, что позволяет им сосредоточиться на качестве жизни вместо количества вещей. Минимализм не только способствует уменьшению стресса, но и помогает развить осознанное отношение к расходам и потреблениям. В результате возникают новые формы досуга, такие как путешествия, занятия спортом и хобби, которые укрепляют эмоциональное здоровье и обеспечивают накопление долговременных воспоминаний. Такие изменения отражают общие тренды в обществе, где всё больше людей осознают значимость внутренних состояний и взаимоотношений, а не материального богатства.
